Алла Вовк – крымчанка, которая закончила магистратуру в Оксфорде и теперь работает в лаборатории университета над развитием технологий дополненной реальности. 22 марта по приглашению Sensorama Lab она прочитает лекцию в UNIT.City. K750 поговорил с Аллой об учебе за границей и перспективах развития AR-технологий.

Как ты оказалась в Оксфорде?

Несколько лет назад я закончила журфак в Национальном университете им. Шевченко. Примерно на втором курсе я поняла, что хочу заниматься научной журналистикой, которой на тот момент в Украине фактически не было. Я не находила в стране необходимого ресурса, который позволял бы на широкую аудиторию освещать интересные мне события и популяризировать науку.

Тогда мне захотелось изучить технический аспект сторителлинга – как можно все это делать не только при помощи текста, звука и видео. Решила поступать на магистратуру по специальности Digital Media Production в Оксфорд, и у меня получилось. Это был довольно технический курс, мы изучали в том числе работу режиссера в студии, программирование и т.д.

Как тебе удалось поступить? Что можешь посоветовать тем, кто хочет учиться за границей?

Ничего особенного я не делала – просто хорошо училась, закончила институт журналистики с отличием. Но, думаю, основная часть моей учебы проходила за пределами университета – я посещала различные лекции и курсы, занималась самообразованием. Примерно со второго курса знала, что хочу получить образование за границей, поскольку меня не удовлетворяли стандарты в университете Шевченко. Несмотря на то, что он считается лучшим вузом в стране, часть преподавателей, мне кажется, не понимают, как нужно преподавать. Я хотела поучиться за рубежом. Надеялась, что есть какая-то другая реальность, в которой мне не будут ставить оценку за наличие конспекта и количество текста в нем.

Алла Вовк

Думаю, самое важное — индивидуальная ответственность человека за его образование. И это главный урок, который я получила в институте журналистики. Если сам не хочешь — никто тебя не научит. Я это чувствовала, поэтому со второго курса начала учить английский более основательно, готовилась к сдаче IELTS, заходила на сайты интересующих вузов, смотрела условия. Я не пользовалась услугами никакой компанией вроде “Поступи в западный вуз за три шага”, просто учила английский и делала все, чтобы соответствовать условиям для поступающих. Смотрела разные видео в интернете о том, как писать мотивационные письма и оформлять CV. На самом деле ничего большего, чем написано на сайте вуза, от тебя не требуют. А если есть какие-то вопросы – всегда можешь отправить письмо по адресу, который там указан.

И еще – надо быть активным в достижении своей цели. Мало просто абстрактно хотеть учиться за рубежом. Важно понимать, какой дисциплиной хочешь заниматься, знать, какие университеты в этом сильны, понимать, как имеющиеся знания помогут тебе получить новые. И быть готовым к тому, что не везде тебе повезет. В каких-то университетах мне отказывали, в каких-то нет. Это нормально.

В чем проблема высшего образования в Украине?

Местами оно меня пугало. Иногда я приходила на лекции и понимала, как и все остальные студенты, что перед нами происходит абсурд. Но ни я, ни другие не решались встать и сказать что-то вроде: “Вы уже час читаете нам с листа, почему вы это делаете?”. Думаю, что проблема не в преподавателях, а в самих студентах, которые просто не знают, что в таких случаях делать. Я тоже была поставлена в определенные рамки – понимала, что если что-то скажу, то могу не закончить этот университет и потерять возможность поступить в другой. Верю, что все это постепенно меняется, потому что на смену преподавателям советского периода приходят более молодые люди, которые знают английский, могут читать литературу о других методах преподавания, путешествуют, общаются со своими зарубежными коллегами. И открыты к общению со студентами, а не смотрят на них свысока.

“Bodleian Library. В здании на заднем фоне я провожу много времени, когда работаю над написанием статей”.

Мне кажется, у нас есть какой-то ментальный барьер, который мешает просто взять и написать какому-то человеку из другой страны. Спросить об учебе в университете, или задать какой угодно другой вопрос. На самом деле, это нормальная практика. У меня были вопросы относительно магистратуры – я просто брала и писала людям. В этом нет ничего запретного – наоборот, это поощряется, тебе охотно отвечают.

Чем ты занималась после окончания магистратуры?

Как раз наступил 2016 год, который медийщики провозгласили годом виртуальной реальности. Меня это не очень интересовало, потому что я не видела большой практической пользы в отсутствии связи с физическим миром. Конечно, я вижу в VR потенциал, но примеров полезного применения пока мало – в основном, это игры или empathy tools, создатели которых и сами не до конца понимают, как это работает.

Но параллельно начался определенный подъем на рынке дополненной реальности. На самом деле, технология AR существует очень давно, просто на пике новостей она оказывается лишь время от времени – как, например, благодаря популярности игры Pokemon Go. Мне захотелось побольше узнать про AR. Тогда Microsoft как раз выпустил очки дополненной реальности HoloLens. А в Оксфорде появилась вакансия для магистров, которые хотят писать докторскую диссертацию по дополненной реальности. Я подалась – и меня приняли.

Ты говоришь, что AR как технология существует давно. При этом она по-прежнему не применяется широко. Почему ты считаешь, что сейчас она, наконец, выстрелит?

Отвечу аналогией, которую я очень люблю. Изобретатель ткацкого станка в Англии думал, что благодаря его творению у людей появится больше времени на важную интеллектуальную работу, на творчество, так как трудозатраты на механический фабричный труд сократятся. Но что сделала королева Англии? Ее возмутило это изобретение – мол, оно лишает людей работы и препятствует развитию британского общества.

Технология была представлена слишком рано – люди не понимали, зачем это нужно и как применять. Зато сейчас многие заводы и фабрики автоматизированы. Мое мнение – если есть возможность автоматизировать механические процессы, которыми занимаются люди, то это нужно делать.

“Стикеры – мои большие друзья в структурировании тезисов”

Так можно направить часть интеллектуального потенциала человечества на выполнение более креативных задач, требующих умственных усилий, а не механического труда. Сейчас технология дополненной реальности, которая последние 60 лет была в разработке, стала ближе к людям. Ее популярность и применение в самых разных сферах жизни – вопрос самого ближайшего времени.

Где именно AR будет приносить пользу? В каких сферах и как именно?

Во-первых, AR сильно упростит коммуникацию. Специалисты из разных стран, которые работают над совместными проектами, смогут собираться вместе в пространстве AR в виде голограмм. Думаю, уже через полгода-год это станет реальностью. Технически это уже реализовано, просто пока не стало массовым. Пропадет необходимость летать на встречи в Токио, Нью-Йорк или Лондон – просто надевай устройство в любом месте, и встречайся с людьми, наблюдая перед собой ту же картинку, которую видят они (контент виртуальной сцены). Это колоссально уменьшит не только материальные затраты на перелеты и поездки, но и временные. Потому что время – самый важный ресурс, который есть у людей.

Во-вторых, мне кажется, что будет очень круто применять AR в медицине. Когда ты можешь визуализировать какую-то информацию, например, данные МРТ, которые на сегодняшний день все врачи рассматривают только на плоских экранах. Если у них будет возможность визуализировать эту информацию в 3D, и в реальном времени смотреть, что происходит с пациентом… Или выводить себе на очки визуализацию данных о пациенте во время операции или каких-то серьезных манипуляций. А если подключить к этому первый пример о стирании границ, то открываются еще более широкие перспективы.

“Помогаю тренеру астронавтов Лилиане впервые попробовать дополненную реальность”. Altec Space, Турин, Италия

В прошлом году состоялся своеобразный “мост” дополненной реальности между Перу и Калифорнией, когда американский хирург руководила операцией удаленно, показывая другому врачу, что нужно делать. После операции мама оперируемого ребенка сказала, что эта технология подарила ее сыну улыбку, а сотрудники больницы в Лиме в течение следующего месяца провели на 3% больше операций. То, что такие проблемы можно решать с помощью AR – это очень здорово. Хирургам не пришлось тратить время на перелет и деньги на очное обучение, с помощью технологии и коллег из других стран они удаленно научились проводить сложные операции.

Если говорить о фабриках и заводах, где люди собирают что-то по инструкциям или экранам на стенах, то в очках дополненной реальности они смогли бы видеть все подсказки прямо перед собой, прямо над объектом сборки. Это экономило бы время и увеличивало эффективность работы.

Еще часто упоминают аэрокосмическую отрасль, ритейл… 

Да практически любую отрасль. Все это можно суммировать так – с помощью AR легко увидеть то, что ты не можешь видеть в реальности. Это  можно использовать не только в науке и бизнесе, но и в образовании. Я была бы счастлива, если бы мне в школе на уроке химии показали с помощью AR, как происходят сложные химические реакции. Глядя в учебник, тебе нужно стараться включить фантазию на максимум. Дополненная реальность помогает понять, например, как устроена клетка, как происходят процессы в человеческом теле – думаю, учеба была бы эффективнее и увлекательнее для учеников. Тем более, для студентов-медиков. Знаю, что это уже внедряется.

Что ты знаешь о развитии AR в Украине?

Знаю ребят из компании Sensorama Lab. Мы познакомились очень странно. Как-то в 2015 году я зашла на сайт MIT Media Lab. Каждый год они публикуют отчет о реализованных проектах. Среди них я увидела VR-проект о Чернобыле, который сделали ребята из Sensorama. Я подумала – круто, ребята из Украины презентовали что-то в MIT Media Lab! Разузнала о них чуть больше, написала CEO компании Кириллу Покутному, мы подружились, начали много общаться, обмениваться информацией о том, что делаем.

“Во время хакатона дополненной реальности в MIT Media Lab в октябре 2017 года”

Год назад они уже приглашали меня прочитать лекцию в Украине. Я люблю рассказывать знакомым, что у меня в Киеве есть друзья, которые создали AR-лабораторию. Такое есть далеко не в каждой европейской столице, поэтому я очень рада за Киев. В Украине, по-моему, за последние три года произошло очень много всего, чего не происходит во многих городах Европы. Это потрясающе. И я много слышала о UNIT.City, не терпится увидеть вживую. К сожалению, кроме Sensorama я не знаю украинских проектов в сфере AR, но в нынешний приезд надеюсь познакомиться с ними.

Расскажи, чем занимается ваша лаборатория и на чем ты специализируешься?

Название нашей лаборатории можно перевести примерно так: “Лаборатория визуализации опыта” (Performance Augmentation Lab). Мы занимаемся тем, что пытаемся при помощи дополненной реальности, комбинированной с различными сенсорами, создавать программы для записи опыта. В частности, речь идет о сенсорах, которые измеряют частоту сердцебиения, считывают электроактивность мозга, измеряют температуру… Также фиксируются движения рук, позиция тела в пространстве, наклон головы и т.д. Мы занимаемся носимыми устройствами (wearable technology), разрабатываем решение, при использовании которого все сенсоры автоматически подключатся к тебе, коннектятся с HoloLens и ты можешь записывать то, что делаешь.

Представь, что ты врач, и тебе нужно записать как правильно пользоваться определенной УЗИ-машиной. С помощью нашей разработки ты берешь и записываешь весь сценарий тренинга пошагово, а потом студент или менее опытный врач сможет надеть очки и обучиться, следуя инструкциям.

“Мой коллега Уильям представляет себя астронавтом (с перчаткой от советского костюма космонавтов “Сокол”) в Лондоне во время воркшопа о сенсорах”.

Медициной это не ограничивается – мы разрабатываем универсальную программу, которая позволит записать практически любой опыт. Если говорить грубо, то пользователь может прикрепить к любому месту в физическом пространстве виртуальную аннотацию в дополненной реальности. Под аннотацией я подразумеваю текст, видео, фото, анимацию или определенные движения – например, как правильно держать зонд во время УЗИ.

Один человек записывает для программы последовательность действий, создает инструкцию. Потом где-нибудь в другой лаборатории человек загружает эту программу, запускает ее на HoloLens, нажимает кнопку Play – и перед ним воспроизводится вся цепочка действий, записанных экспертом. Это своеобразное обучение с помощью всех органов чувств одновременно.

“Сотрудники компании Lufttransport проходят тренинг перед тем, как начать тестировать наше приложение”. Тромсо, Норвегия

Также мы исследуем, как правильно создавать подобные инструкции. Тестируем различные методы – как люди воспринимают AR-системы, что они хотели бы от таких систем. Мы уже многое протестировали и получили определенные результаты – я буду говорить о них во время киевской лекции. Это очень многообещающая технология – ты записываешь опыт и воссоздаешь его при помощи дополненной реальности и носимых устройств, по-английски это звучит как experience capturing and re-enactment with wearables.

И этому посвящена твоя диссертация?

Да, я работаю над исследованием взаимодействия человека с дополненной реальностью. Более конкретно тема моего PhD звучит как “Multi-sensory model of spatial user interaction in augmented reality”, то есть комбинация каких типов информации с нашими органами чувств позволяет нам наиболее эффективно взаимодействовать с окружающим пространством в дополненной реальности.

Как комбинировать звуки, текст, анимацию, восприятие расстояний, сенсоры, чтобы человек получил магический способ лучше обучаться. В этой среде больше нет привязки к экрану, только работа с окружающим тебя пространством, будь то фабрика или школа, поэтому я также работаю над созданием spatial interface.

“Во время лекции о базовых принципах восприятия в дополненной реальности”. Киев, 2017 год

Сейчас мы проводим серию экспериментов, которые помогают понять, как правильно разрабатывать эти технологии. Индустрия достаточно новая, едва ли не впервые выходит на такую широкую аудиторию, поэтому важно изучать то, как человек с ней взаимодействует, и как это улучшить.

Я считаю важным, чтобы эту технологию правильно представили, объяснили, как можно использовать, на чем она основывается, что учитывать при разработке. Очень хочется, чтобы одним из результатов моей докторской стали определенные рекомендации, своего рода гайдлайны, которыми люди смогут пользоваться при создании работ в дополненной реальности.

Больше публикаций о виртуальной и дополненной реальности:

Артем Наконечный, Live Animations: как бизнес использует дополненную реальность в Украине и мире

Виртуальная реальность по-киевски. 7 мест, где можно получить полноценный VR-опыт

Первая карта украинских VR/AR-проектов